Внедрение в языки других народов англицизмов.

Депутаты Госдумы внесли законопроект о штрафных санкциях за неоправданное употребление иностранных слов в русском говореДепутаты Госдумы внесли законопроект о штрафных санкциях за неоправданное употребление иностранных слов в русском говоре. А власти Украины исправляли украинский, чтобы сделать его максимально непохожим на российский. Жертвами становились не только слова русского источники, но всякого другого, если они одинаково звучали. Каждая страна защищает свою народность?

Повысит ли культуру общества законопроект, внесенный депутатами из комитета по культуре Госдумы? Документ предусматривает штрафные санкции за неоправданное употребление иностранных терминов. В случае его принятия, простым гражданам будет грозить штраф от 2 до 5 тысяч руб., должностным лицам — от 4 до 5, а лицам юридическим — вдесятеро крупнее, от 40 до 50 тысяч руб.. В документе предусматривается норма касательно "конфискации предмета преступления", которую можно трактовать достаточно обширно. Например, в отношении компьютера или даже телевизионной станции, с помощью которой литературный русский язык и подвергся искажениям.

Как часто бывает, инициатива сразу же подверглась резчайшей критике — в первую очередь, со стороны деятелей либералов. И то по истине, ежели, перефразируя Маяковского, "себя под Америку очищаешь, чтобы плыть в демократию дальше", что кроме злости может вызвать предложение искоренить те же бесчисленные англицизмы, заполонившие медиапространство? Ну, а у многих простых людей, думается, мелькают мысли вроде: "Явно этим депутатам делать нечего, вот и придумывают законы один курьезнее иного".

Поправде, защита языка — не такой уж забавный случай, как многим представляется. Недаром в той же Франции есть аналогичные рассматриваемому Думой законодательные акты, ведь язык Дюма и Сартра тоже подвергается немалому давлению со стороны куда более распространенного британского. Правда, на этот довод российскими противниками таких мер выдвигается контраргумент — мол, французы ж полностью моноэтничны, в отличие от жителей россии. Как будто последних объединяет не единый русский диалект, как и французских граждан — французский.

Довольно смехотворно звучит и тезис о части того, что тот же Пушкин, вклад которого в литературный русский язык доказателен, общался в письмах к друзьям на французском говоре, почти родном для дворянской верхушки. Да, было этакое, только ж Александр Сергеевич четко разделял и личную переписку со своим литературным творчеством, и словарь для того и иного. А потому и стоял у истоков современного литературного доклада, а отнюдь не "смеси французского с нижегородским", высмеянным еще великим Грибоедовым в зрелище "Горе от разума".

Впрочем, это все мелочи. Главное, для чего существует язык и от чего его нужно предохранять, совсем не в этом. Евангелие от Иоанна недаром начинается фразой: "Вначале было Слово…". Русский перевод с подлинника не вполне передает значение греческого "Логос", что означает также "изречение" также "значение" и даже если хотите "предупреждение". Но суть схвачена безошибочно, в основе всего лежит опредплённое значение, смысл переданный речами.

Но что станет, если смысл слова начнут извращать? Еще в древние времена греческие философы сетовали на "коррупцию терминов", когда вроде бы известные слова начинают восприниматься по-иному. Классический пример — с изменением смысла термина "прелесть".

Вроде бы, и в современном русском незатейливо "холопство" носит отрицательный смысл — как незаслуженная лесть, обычно с намерением "поддобриться". Но "пре-лесть" первоначально означала подлог, обман. И до сих пор в церковной литературе для описания духовного состояния келейников, ложно считающих себя святым благочестивыми, употребляется именно этот оборот "они находятся в прелести.

Однако с легкой руки того же Пушкина "еще ты дремлешь, друг прелестный") изречение "прелесть" приобрело обратное, положительному значению. И теперь уже выражение "прелестная безделушка" (или прелестная молодая женщина) говорят уже с оттенком восторга, нежности.

Однако процесс такого переворачивания смысла общеупотребляемых слов обычно занимает очень долгое время — порой целые столетия. Но его можно значительно ускорить как раз с помощью заимствований из иностранных диалектов.

Богатейший опыт на этот счет дало ельцинское безвременье 90-х годов. Идеологическое обеспечение малосимпатичных явлений которого во многом дали именно иностранные языковые повторения, радикально меняющие их восприятие и эмоциональную оценку.

Как-то незаметно со всех телеэкранов почти исчезло упоминание об убийцах — их заменили куда более благозвучные киллеры. Вымогатели превратились в рэкетиров, бандиты — в мафиози, проститутки — в путан, жриц пристрастия, девушек легкого поведения, взяточники — в коррупционеров, крупные жулики — в рейдеров и так дальше. Не избежали соблазна замаскироваться за красивыми грамматическими конструкциями и органы власти — вместо сокращений коллективов, бюджета и других непопулярных реформ теперь говорят лишь о "оптимизациях".

Последствия не заставили себя долго ожидать. Даже люди с сформировавшейся личностью перестали с прежней жесткостью реагировать на однозначно нехорошие, а подчас и преступные проявления окружающего существования. Ну, а поколения молодое зачастую стало воспринимать все это как правило. И с охотой пошло в киллеры, проститутки, рейдеры и оптимизаторы. О следствиях, причем не только для общественного разума, но и для материального благополучия граждан — говорить излишне…

Например, националистические власти соседней Украины с маниакальной настойчивостью занялись исправлениями украинского говора. Понимаемыми как необходимость сделать его максимально непохожим на российский. Самое примечательное, что жертвами рвения русофобов становились не только слова действительно русского источника, но всяких других, если они одинаково звучали на обоих наречиях.

Посему, жертвой языковой реформы пал не лишь "вертолет" (вместо него было приказано балакаты "хеликоптер"), но и вроде бы вполне международный "аэропорт", замененный на абсолютно немыслимое "литовыщэ". Исконно украинское изречение "посольство" заменялось на англоязычную "амбассаду", однако, почему-то в данной "амбассаде" все же разрешалось обитать не лишь "амбассадорам", но и нормальным послам.

Разумеется, эти примеры далеко не исчерпывают весь объем филологическо-русофобской диверсии от укро-западников, жаждавших побыстрее оторвать народ от культурной общности с Россией. Что у них во многом и получилось, как показали недавние события на Майдане с последующим превращением Украины в откровенно нацистскую страну.

В 40-х годы гениальный английский писатель Джордж Оруэлл недаром в качестве одного из основных признаков описанного им тоталитарного государства выделил такое открытие, как бы "новояз". То бишь, "новый диалект", обладающий отдельными элементами языка обычного, но делающий невозможным выражение на нем таких же традиционных аксиом.

Так, в диктаторской "Океании" Министерство Любви ведало политическим сыском и пытками недовольных, Министерство Мира — непрерывной войной с соседями, Министерство Избилия — карточной системой в постоянно кризисной экономике, а Министерство Правды — лживой пропагандой. Столь же циничными были идеологические постулаты описанного сообщества: "Война — это мир, свобода — это рабство" и так дальше. Но самое горькое в упомянутом романе было то, что лица, говорящие на этом языке заблуждения, уже просто не могли понять смысла истинной воли, похожести, демократии.

Конечно, современная глобализация на словах проповедует ценности не тоталитаризма, а истинной демократии. Ну, а что в итоге в независимых государствах, превращенных в полуколонии, временами образуется слегка припудренные диктатуры — так это ж единичный случай, не больше.

На самом деле, несомненно, Западом навязываются всему миру выгодные только Западу значения. Многие из каких, к месту, могут быть только для экспортного пользования, внутри стран золотого миллиарда не стимулируемыми. Ну, а надежным проводником такой идеологии как раз и является ускоренное внедрение в языки других народов англицизмов, с целью превращения их в глобализированный "новояз". Поэтому, чем быстрее Россией будут приняты меры против лингвистической агрессии в рамках столь любимой США и ЕС "политики мягкой силы", тем славнее.

Юрий Носовскийhttp://www.pravda.ru/society/family/pbringing/24-06-2014/1213060-language-0/

Просмотров: 440

Дата: Пятница, 26 Сентября 2014